cat_779 (cat_779) wrote,
cat_779
cat_779

Это горькое слово — свекровь!

Так что получается: сегодня ты невестка, завтра — свекровь. Сегодня ты свекровь — значит, что у тебя есть невестка. И снова эта невестка завтра становится свекровью. Все идет по кругу. Я как-то над этим не задумывался…

Очень хороший рассказ, рекомендую к прочтению, много интересных деталей.



Небольшой парк. Островок зелени внутри жилого квартала одного из израильских городов. Вдали от стремительного ритма города. Еще не наступили полуденные часы со своей изнуряющей жарой. Тишину изредка нарушают детские крики и плач. На зеленых лужайках мальчишки играют в футбол. Под спасительной тенью деревьев на скамейках сидят молодые мамаши. Время от времени покачивая детские коляски, они делятся друг с другом секретами воспитания детей. В колясках безмятежно спят младенцы. На аллеях гоняют велосипедисты. Качели работают непрерывно. За столиками пенсионеры играют кто в шахматы, кто в домино, кто в подкидного дурака. Неподалеку от такой группы пенсионеров, которая играла в домино, на скамейке одиноко сидит человек пенсионного возраста. К нему подходит другой пожилой мужчина:

— Здравствуй! Что новенького у тебя, Марк? — присаживается он рядышком. — Ну, и жарко будет сегодня.

— Здравствуй, здравствуй, Шура! Что у меня может быть новенького? Все по-старенькому, по-стариковски. Одни неприятности, — ответил Марк, при этом махнув от досады рукой.

— Не понял, — удивился Шура. — Ты жив-здоров. Твоя жена, слава Богу, не болеет. Дочь окончила университет. Работает по специальности. Удачно вышла замуж за хорошего парня. И у них тоже все нормально. Квартиру купили в престижном районе. Так живи и радуйся!

— Так чему радоваться?! — с болью в голосе сказал Марк. — Вот послушай. Пару дней назад у зятя был день рождения. Пришли друзья молодых. Мы пришли с Ритой. И пришла его мать с отцом. Скажу честно, симпатию его мать у нас с Ритой не вызывает. Чего не скажешь об его отце. Нормальный мужик. Приятный, общительный. Периодически мы с ним перезваниваемся. Иногда он приглашает нас на шашлык. Вообще, старается поддерживать нормальные человеческие отношения. Видимо, понимает, что наши с ними отношения косвенно влияют на отношения наших детей… Так, на чем я остановился? — спросил Марк, потеряв нить повествования.

— На том, что ты пришел на день рождения зятя, — напомнил Шура.

— Так вот, об этом дне рождении. Пришли родители зятя. Отец сразу стал расспрашивать, как у нас дела. Мать же, молча обошла квартиру, осмотрела ванную, заглянула в туалет. Села за стол. Поджала свои губки и так просидела все именины. Моя дочь все время старалась оказывать знаки внимания. Обращалась к ней: "Мама, то — мама, сё". Как говорит юморист Арлозоров: "мама окаменела!" После именин зять пошел провожать своих родителей. Мы стали помогать дочери мыть горы посуды, наводить порядок. И с нашей дочкой случилась истерика: "Почему моя свекровь не хочет поддерживать нормальных человеческих отношений?". Ведь мы ее учили: если любишь мужа, то надо уважительно относиться к его родителям. Она старается изо всех сил. Но отношения между дочкой и свекровью остаются натянутыми. Голова идет кругом. Не знаем, что ей посоветовать Может ты, свежая голова, подскажешь, как подобрать ключ к сердцу свекрови?

— Насчет советов, Марк, это мы все могём — мы все приехали из страны Советов. Скажу сразу причину: элементарная материнская ревность. Старо как мир. Быть умным на чужой счет — дело нехитрое! Сколько лет дочка замужем?

— Скоро год будет. Ей нервничать нельзя. Она ведь в положении, — горячо воскликнул Марк.

— Вот это новость! Так ты скоро дедом станешь! — констатировал Шура.

— Ой, надо ж, не сумел сдержать язык за зубами. Слово дал Рите и дочке, — недовольно покачал головой Марк.

— Не переживай. Все образуется. Это мы проходили.

— Не понял, — удивился Марк. — У тебя сын, как я знаю, не женат.

— Ты прав. Он говорит, что не созрел до создания семьи и хочет насладиться прелестями жизни. Сразу после школы его призвали в армию. Три года отслужил. Затем два года собирал деньги на учебу, работал по 12 часов. Затем 4 года учился на инженера. Как он говорит, так он прав. Ты скажи, у тебя время есть? — спросил Шура.

— Да. Рита ждет меня к обеду только к трем часам, — ответил Марк.

— Отлично. Я тебе расскажу конкретную историю на эту тему о конкретной семье. Ты помнишь на моем 65-летии в ресторане рядом со мной сидела пара. Вадим был тамадой. Его жена Лина все время не давала ему выпивать. Они все ссорились. И ты тогда обратил на это внимание.

— Такая пухленькая жгучая брюнетка? — уточнил Марк.

— Так вот, речь будет идти о ней. Ты знаешь, что у меня есть друзья, с которыми я дружу свыше 30 лет. Нас четыре пары. Наши жены работали вместе в одном отделе Одесского проектного института. У всех наших жен были свекрови, кроме Лины. У кого лучше, у кого хуже были взаимоотношения со своими свекровями. Но на допустимом уровне. А у Лины не было ни свекрови, ни свекра. Дело в том, у Вадима отец погиб во время войны, а мать умерла, когда ему было 20 лет. Лина — женщина с властным характером. Решающая за всех, как жить, что делать и не терпящая возражений. Как говорит наш общий друг Сема — он бы задушил ее, не дожидаясь окончания первой брачной ночи. Характер, скажу тебе, очень тяжелый. Но в силу того, что Вадим девять-десять месяцев в году находился в море (он был коком на сухогрузе), по моему мнению, они до сих вместе.

— Неужели у нее нет ни одной положительной черты? — уточнил Марк.

— Есть и не одна. Во-первых, она верная и преданная жена, что для жены моряка очень важно. Во-вторых, она отличная хозяйка. В квартире такая чистота и красота, что Эрмитаж и прочие музеи отдыхают. Все сияет и блестит. Все в тон, все со всем гармонирует. А как она готовит! Можно обалдеть! В-третьих, она пробивная женщина. Она из тех людей, как говорили у нас в Одессе, которые могут устроить мальчика в хор девочек. Согласись, что для женщины, у которой муж практически все время в море, это не самая плохая черта характера.

— Что ни говори, эта Лина весьма и весьма колоритная дама, — признался Марк.

— Так вот. Есть у них сын Изя. Тогда, двадцать лет назад, это был высокий атлетически сложенный парень с большой копной черных длинных волос. Большие карие глаза. Длинные ресницы на смуглом лице. Греческий профиль. Короче, вылитый Аполлон. Когда он шел по улице, то на него обращали внимание женщины бальзаковского возраста, не говоря о его сверстницах. Школу закончил с большим трудом. И то — благодаря Лине. Она задаривала учителей импортными вещами, которые привозил Вадим. Экзамены на аттестат зрелости стоили ей огромной суммы в бонах Торгсина.

— Стоп. Я ничего не понял. Что значит — боны Торгсина? — уточнил Марк.

— Извини, я забыл, что ты не одессит. Это типа купонов для покупки в спецмагазине, где продавались импортные вещи. Некий эквивалент доллара, — пояснил Шура. — Продолжаю. В аттестате Изи одни тройки, четверки две-три, только одна пятерка по рисованию. Рисовал Изя неплохо. И Лина смогла устроить Изю только в театрально-художественное училище, где он учился то ли на художника сцены, то ли на бутафора. Не помню. Это и не важно. В разговорах с нами, касаясь будущего Изи, она всегда говорила, что позволит Изе жениться только на девушке из зажиточной и интеллигентной семьи. И надо сказать, что мы все в этом абсолютно не сомневались. Все было, как она говорила. Ни Вадим, ни Изя не имели права голоса ни по одному вопросу. На втором или третьем курсе Изю призывают в армию.

— Твоя Лина не отмазала его от армии? — удивился Марк.

— Нет, что-то там не сложилось, ей только удалось пристроить его художником то ли в клуб штаба дивизии, то ли в Дом Офицеров в Кишиневе. Я точно помню, в казарме он не спал.

— Надо ж иметь счастье, чтобы тебя родила такая мать! — подметил Марк.

— Я хочу тебе сказать, что когда мы провожали Изю в армию, видели, его так называемый "покупатель" в чине майора, еле волок чемоданы, упакованные Линой. Поднять их не мог, и мы помогли ему затащить в вагон.

— И эта Лина наверняка ездила в Кишинев каждый месяц? — предположил Марк.

— Ты прав. Каждый месяц она ездила в Кишинев не просто так, а, как говорили в Одессе, "нафаршированная" подарками чуть ли всем офицерам дивизии. Короче, на последнем году службы Изя часто стал приезжать домой. То в командировку, то получал отпуск за боевые подвиги на почве рисования афиш в клубе. Наконец, я подвел тебя к первой ключевой точке этой истории — Изя женился!

— Не на той, о которой мечтала Лина? — предположил Марк.

— Тепло. Но не горячо. Сначала надо, как минимум, познакомиться. Верно? — спросил Шура. — Так вот. Во время одной из поездок в Одессу он познакомился с Ирой. Тогда эта была рослая девушка с неброской красотой. Как моя Циля тогда сказала — незаметная в толпе. И думаешь, где они познакомились?

— На танцах, в театре или в кино? Угадал?

— Нет. Они познакомились на трамвайной остановке! Ты на минутку прикинь: Линин Изя знакомится с девушкой на трамвайной остановке! Она даже не прошла предварительного одобрения Лины! Фантастика! Скольких девчонок она отшила. Миллион, как минимум! Если не миллион, то полмиллиона — наверняка. А теперь угадай, из какой она семьи?

— Потому, что ты задал этот вопрос, точно не из зажиточной и интеллигентной, — предположил Марк.

— Ее мать была простой проводницей на железной дороге. Отца Ира никогда не видела. Как говорится, Лина предполагает, а Бог располагает! И что удивительно, Ира работала в архиве того же проектного института, где работали наши жены. По-моему, копировщицей.

— Ну, нарочно не придумаешь! И что, Лина спокойно наблюдала за развитием их романа? Что-то не верится…

— О чем ты говоришь! Как только Изя засветился с букетом цветов у входа в институт, тут же Лина была поставлена в известность. Конечно же, вечером наши жены с Линой имели тему для разговора. На следующее утро Лина была в отделе кадров института, где изучала личное дело Иры. Что имел Изя от своей мамы, можно себе представить! Наши жены часами могли обсуждать, как Изя встречает Иру после работы, наблюдая это из окон института. Как целует, как дарит цветы и все такое прочее.

— Ну и что Изя?

— А то, что стал проявлять мужской характер. Он шел своей дорогой. Впервые, он стал выходить из-под Лининого контроля. Легко была найдена причина. Это Ира плохо влияет на Изю. И надо его спасать. Тут же была отправлена радиограмма Вадиму с просьбой повлиять на Изю. Результат нулевой. Изя медленно, но верно шел к женитьбе. Первой видимой победой Изи было приглашение Иры на его день рождения. И тут мужской состав друзей впервые увидели Иру.

— Ну и как?

— Что тебе сказать? Девушка как девушка. Восемнадцать лет. Ничего особенного. Разве что женские формы задерживают внимание. Вела себя очень скромно. Это и понятно. Первый раз под пристальными взглядами гостей. Ей не позавидуешь. Но когда она появилась и на дне рождения Лины, мы все поняли, что драма достигает своей кульминации.

— Почти как у Шекспира. Даже интересно. И что, Лина ничего предпринимала?

— Еще как предпринимала! Я не говорю о каждодневных скандалов с Изей. Она решила напрямую поговорить с Ирой прямо в институте.

— Ну, и как?

— Открытым текстом Лина сказала, чтобы Ира не смела рассчитывать на ее Изю. Она не пара ему. Что они никогда не будут вместе, и если будут, только через ее труп. И это было сказано на повышенных тонах в присутствии сотрудников института. Ира выслушала ее, едва сдерживая слезы, и сказала, что быть вместе, или не быть вместе, решают только она и Изя. И никто не имеет право вмешиваться в их отношения. Она очень любит Изю. И, если Изя решит, что им не быть вместе, она согласится с этим решением. С Линой истерика, а Ира спокойно, не повышая голоса, выдержала этот тяжелый разговор. На том и разошлись. А вечером Лине вызывали "скорую помощь".

— Конечно, не помогло? — предположил Марк.

— Изя повел себя как настоящий мужчина. Мы не знали его таким. Был настоящий маменький сыночек. А кем стал! Мы все его зауважали. Конечно, больше Ира уже не бывала дома у Лины. Вот в один прекрасный день Изя не пошел на работу. И где-то часов в двенадцать приезжает в праздничном костюме на работу к Лине. Что вызвало ажиотаж у всех сотрудников отдела. На вопрос Лины, в чем дело, по какому случаю праздничный костюм, ответил, что они с Ирой решили подать заявление в ЗАГС, и он не может найти свой паспорт. К слову надо сказать, что Лина предполагала такое развитие событий и спрятала паспорт Изи. Опять скандал. Опять "скорая помощь", теперь уже на работе.

В общем, после длительных вечерних дебатов наши жены посоветовали Лине дождаться прихода Вадима из рейса через три недели и решить этот вопрос окончательно. Изя согласился подождать.

— И что Вадим? Чью сторону принял?

— Вадим сказал, что не надо ломать жизнь Изе. С Линой была истерика. Мы тогда собрались по поводу приезда Вадима и были свидетелями этого разговора. Она била кулаками по столу. Стучала ногами. Падала в обморок. Кричала, что никогда этого не допустит, что этого она не переживет… Наверняка Ира ждет ребенка… Изя, как порядочный мальчик, вынужден жениться на ней….

— Она оказалась права? — спросил Марк. — Ничего другого не приходит в голову.

— Нет, конечно. Они подарили внука Лине только через полтора года, — развеял его сомнения Шура.

— Так что тогда она имела против Иры? Может, в смысле ее поведения, моральных качеств были претензии? — недоумевал Марк.

— Как говорится, к этим самым качествам Иры никаких вопросов не было. Ведь Ира к тому времени уже два года работала в архиве института. И ничего отрицательного сказать нельзя. Нормальная девушка с нормальным поведением. Трудолюбивая. Услужливая. Воспитанная. Неконфликтная. Это Лина узнала в первый же день от своей знакомой, которая работала в том же архиве.

— Так почему она была так категорична?

— Все очень просто. Впервые Изя ее ослушался и вышел из-под ее влияния. Она слишком поздно поняла, что Изя оперился и стал самостоятельным человеком. И она имеет, как говорят политики, только совещательный голос, а не решающий, как раньше. И добавь к этому — чувство ревности к другой женщине. Женщина, которая имеет на ее сына большее влияние, чем она — его мать. Которая растила, воспитывала, не спала ночами, когда тот болел. Кстати, Лина стала называть Иру "самозванка", "нахалка"…

— Но, в конце концов, она сдалась? На чем она сломалась? — поинтересовался Марк.

— Слушай, что было дальше. Через пару дней после прибытия Вадима, Изя ставит вопрос ребром. Или Лина дает добро, или он уходит из дома и она больше никогда его не увидит. Вечером, естественно, мы все были у Лины с Вадимом. Надо было что-то решать. Она сдалась. В серьезности и решимости Изи она теперь уже не сомневалась. Но она не была бы Линой, если бы было так просто.

— Не понял. Что еще? — удивился Марк.

— А то, что молодые должны выполнить три ее условия.

— Какой-то идиотизм. При чем здесь условия? Надо дать однозначный ответ: согласна или не согласна. И все! — категорично высказался Марк.

— Мы ей так и сказали. Но в конце концов надо было эту ситуацию как-то разрешить и мы согласились переговорить с Изей.

— А с Ирой?

— Мы решили, что Изя сам поговорит с Ирой. Вопрос очень деликатный. А Изя вырос у нас на глазах. И был нам как родной.

— Так какие же, интересно узнать, эти были условия? — поинтересовался Марк.

— Условие первое: они живут с Линой и Вадимом.

— Жилплощадь позволяла?

— Да. Шикарная трехкомнатная квартира в сталинском доме с паркетными полами и высокими потолками.

— Какое второе условие?

— Лина не будет прописывать Иру в эту квартиру не менее трех лет. Надо проверить надежность брака.

— Как жена Изи она имела право быть прописанной в этой квартире.

— Мы сейчас говорим об условиях Лины, а не о праве на прописку. Без согласия Лины это невозможно, это так, к слову. Теперь, ты хорошо сидишь, теперь я расскажу о третьем и самом главном условии — молодые дают слово… Ты только вникни внимательно… Ты хорошо сидишь?.. Не иметь детей в течение трех лет!!!

— Ты прав. Это не укладывается в голове! Надо было до этого додуматься! Молодые приняли эти условия? — поинтересовался Марк.

— Как говорится, без второго слова. Ира сказала, она согласна на все. И как поется в известной песне, "лишь бы любимый был бы рядом". А об Изе и говорить не надо. Жить им негде. Ира жила в коммуналке в одной комнате с мамой и младшим братом.

— Ну, слава Богу, что все закончилось так хорошо!

— Что закончилось? Это, так сказать, предисловие. Сама история еще впереди. Потом была свадьба, которая прошла нормально. Хотя Лина обещала показать "этой самозванке", что она Мать. Мы все время держали ее в поле зрения. Боялись, чтобы она не выкинула какой-то номер. Единственное, на что она пошла — так это просидела всю свадьбу, как ты сказал, с поджатыми губками. Демонстрируя несогласие с этим торжеством. Но на это никто не обращал внимание.

— А как же Ира стала уживаться с Линой? Ей, наверняка, не позавидуешь…

— То, что Лина "заклюет" Иру мы не сомневались, в силу её скандального характера: ведь она все всегда решала за всех. Все должны только подчиняться ей. Никаких возражений. Нам было очень жаль Иру…

— Заклевала? — уточнил Марк.

— Сразу скажу, что нет. Спустя двадцать лет я могу сказать это определенно. Нас всегда поражала житейская мудрость этой девчонки. Умению вести себя тактично, не дать себя вовлечь в скандалы. Умению промолчать, но при этом поступать так, как она считает нужным. Не обращать внимание на заскоки Лины. За все годы мы так и не услышали ни одной жалобы на Лину.

Но я забежал вперед. Так вот. Теперь темой вечерних телефонных бесед наших жен было обсуждение докладов Лины о преступлениях Иры. В разговорах с нами имя Ира Лина не произносила, как минимум, пару лет. Эта самозванка повесила ее любимую тряпочку для мойки посуды не на тот крючок. Эта нахалка не достаточно тщательно подмела пол. У этой самозванки пригорела любимая кастрюля Лины. Эта нахалка купила себе очень красивые кружевные трусики, к тому же очень дорогие.

— А это откуда знает? — удивился Марк.

— А оттуда. Когда молодые вечером уходили, Лина заходила с проверкой в комнату. Проверяла порядок в комнате, в шкафах.

— Это, по меньшей мере, неприлично, — категорично заявил Марк.

— Но это же Лина. И только под нашим давлением она прекратила такие ревизии. И вот примерно через полгода в час или два ночи, раздается телефонный звонок. Я поднял трубку. Это была наша подруга. Она спросила, звонила ли нам Лина. Я отвечаю, что нет. Она говорит: "Жди звонка Лины. Она вам сейчас позвонит. Ира беременна. Я спросонья спрашиваю: "Как беременна? " Она отвечает: "Как все женщины — половым путем". Не успел я положить трубку, как раздался телефонный звонок. Трубку взяла моя Циля. Звонила, как ты понимаешь, Лина. Она была в истерике и так кричала, что белая трубка мне показалась огненно-красной. Содержание ее разговора передавать не буду, ты наверно, догадался.

— Эта нахалка… эта самозванка… не сдержала слово… Да?

— В этом духе. Так Лина стала бабушкой. Ира родила мальчика. И назвали его Фимой, в честь покойного отца Лины. И то ли потому что у Лины с Ирой появились общие заботы по воспитанию Фимочки, то ли Лина поняла, что у ее сына есть своя жизнь и никто не посягает на ее право быть матерью, но отношения стали налаживаться. Это было видно по телефонным разговорам. Чаще стало упоминаться имя Ира. Потом Ира спекла очень вкусный пирог. Затем Ира удачно посоветовала фасон платья для Лины. Потом Ира связала очень красивый пуловер для Вадима.

Пошла только положительная информация. Как говорил Горбачев, процесс пошел… Отныне ни один вопрос Лина не решала без совета Иры… Я с Ирой посоветуюсь… Мы с Ирой то… Мы с Ирой сё…

— Как говорят американцы, хэппи-энд. Сколько времени заняла подборка ключа к сердцу Лины? — поинтересовался Марк.

— Думаю, около трех-четырех лет.

— Это все, что ты хотел мне рассказать? — предвкушая окончание рассказа, сказал Марк.

— Осталось рассказать самое главное. Как ты знаешь, все мы — все четыре пары — переехали в Израиль. И у нас есть традиция: в День Независимости собираться на пикник на берегу моря. По возможности с детьми и внуками. За месяц до пикника наши жены составляют меню. И кто и что внесет каждая семья в общий котел. Так вот. На прошедшем Дне Независимости на долю Лины и Вадима выпала мариновка мяса для шашлыка. А теперь о главном. К чему вся эта длинная предыстория… Представь себе длинный стол, за которым сидят все мои друзья, их дети, внуки. В том числе Лина с Вадимом, Изя с Ирой, Фима с Диной, внук и внучка Лины и Вадима. Кушаем шашлык. Надо сказать, шашлык на этот раз был необыкновенный — таял во рту. Шашлык с кусочками курдючного жира. Что-то особенное! Едим, значит, этот шашлык и Лина, спрашивает: "Как шашлык, ребята?" Мы, естественно, отвечаем, что шашлык бесподобный. Встает Лина из стола, подходит к Ире, кладет руки ей на плечи. И говорит: "Это моя любимая доченька замариновала шашлык!" Затем целует ее в макушку. Мы застыли, онемели, как в известной сцене Гоголя, с открытыми ртами. Наверно, Ира долго не могла прийти в себя. Признание Линой Иры доченькой и Линин поцелуй, подчеркиваю, на людях, дорогого стоит.

— Сколько лет прошло с момента их знакомства? — уточнил Марк.

Ровно двадцать лет. От статуса "самозванка" до статуса "любимая доченька". Теперь у самой Иры растет сын, который сейчас заканчивает службу в армии. Через пять-шесть лет он женится. Я думаю, что она будет нормальной свекровью. Ее горькая история взаимоотношений с Линой предостережет Иру от повторения ошибок Лины, — сделал свой вывод Шура.

— Стой. Так что получается: сегодня ты невестка, завтра — свекровь. Сегодня ты свекровь — значит, что у тебя есть невестка. И снова эта невестка завтра становится свекровью. Все идет по кругу. Я как-то над этим не задумывался…

— Ты прав. Все идет по кругу. Жизнь вечна, и поэтому прекрасна. Жизнь прекрасна, и поэтому вечна, — подвел итог разговору Шура.

Еженедельник "Секрет"

Читать по теме:

Плов остался нетронутым (эссе), - Элеонора Касымова
https://cat-779.livejournal.com/430355.html

Это горькое слово — свекровь!
http://www.isrageo.com/2018/02/11/svekrovgorkoeslovo/

Tags: Израиль, евреи, общество, свекровь, семья
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments