cat_779 (cat_779) wrote,
cat_779
cat_779

Март 1968 года. Полная ликвидация армии боевых клонов РККА, создание НКВД . Часть 2.

Начало:

Март 1968 года. Полная ликвидация армии боевых клонов РККА, создание НКВД . Часть 1.
https://cat-779.livejournal.com/578881.html

Таким образом, в период с конца ноября по середину декабря действующая армия сама приступила к решению проблемы демобилизации, создавая в различных частях и соединениях демобилизационные комиссии. Но единого координационного центра, ведающего вопросами демобилизации, так и не было образовано. Созданные же демобилизационные комиссии (далеко не повсеместно) еще только разворачивали свою деятельность, руководствуясь разработанными на местах нормативными документами. Этим комиссиям приходилось прилагать значительные усилия для борьбы с захлестывающей действующую армию волной самочинной демобилизации. В многочисленных сводках сведений о настроении на фронте, поступавших в Ставку в этот период, постоянно отмечались участившиеся случаи этого тревожного явления.



Следует напомнить, что параллельно с малоуправляемой демобилизацией шел процесс перемирия с противником (Deutschland). Как известно, после подписания локальных соглашений на всех пяти фронтах советской делегацией была достигнута договоренность об общем перемирии с противником, вступившим в силу 4 декабря. Для процесса демобилизации это событие имело немаловажное значение, так как у большевизированных солдатских комитетов и большевистских ревкомов, занятых до этого в основном борьбой за власть и вопросами достижения перемирия, высвободилось время и появились возможности для более четкого руководства процессом демобилизации, хотя как было сказано ранее, ни опыта, ни единых нормативных документов они не имели и действовали на свой страх и риск, нередко внося разброд и сумятицу в солдатские умы и фактически провоцируя рядовой состав на противоречащие понятию о воинском долге поступки.

Таким образом, в начале декабря вопрос о перемирии с противником на фронте (Deutschland) был решен Совнаркомом. Однако не менее важная проблема демобилизации практически не сдвинулась с места, если не считать единственного декрета о демобилизации военнослужащих призыва 1899 г., о котором говорилось ранее, вызвавшего столько волнений у солдат, и двух бесплодных попыток созвать общеармейский съезд по демобилизации.

И это несмотря на то, что в армии в этот период набирала силу самочинная демобилизация.

В такой обстановке 15 декабря наконец открылся Общеармейский съезд по демобилизации армии. Он проходил в Петрограде до 3 января 1918 г. На съезде присутствовали 272 делегата от Советов рабочих и солдатских депутатов, фронтовых, армейских и корпусных солдатских комитетов и др. 230 делегатов были с правом решающего голоса. В составе делегатов насчитывалось 119 большевиков и 45 левых эсеров. Основной задачей съезда стала выработка мер по внесению организованности и порядка в демобилизационный процесс в армии, а также обсуждение проблем создания новых вооруженных сил.

Участники съезда разделились на четыре секции. В первой рассматривались вопросы организации новой армии, во второй - общие вопросы демобилизации (порядок увольнения, вопрос об оружии и другие), в третьей - технические вопросы демобилизации (транспорт, материально-техническое снабжение), в четвертой - организация управления демобилизацией. Разделение на секции позволило глубоко и детально проработать все вопросы демобилизации, а имевшийся у части делегатов некоторый опыт в этом деле - избежать ряда ошибок. Так, 21 декабря съезд принял актуальное и, как показало время, верное решение о порядке демобилизации, согласно которому следовало «при общей демобилизации увольнение производить в порядке старшинства сроков призыва начиная со старшего». Это позволило решить острый вопрос, вызывавший споры среди солдат. Дело в том, что часть солдат старших возрастов была мобилизована лишь в 1916 г. и фронтовики «со стажем» считали несправедливым начинать демобилизацию по возрасту, то есть по срокам призыва, требуя, чтобы главным принципом очередности демобилизации был срок пребывания на фронте. Однако если бы такой принцип был принят, он лишь запутал бы дело и сильно задержал бы сроки демобилизации.

Впоследствии были объявлены сроки демобилизации отдельных возрастов призыва. Вышеупомянутым декретом от 10 ноября демобилизовывались солдаты 1899 г. призыва, затем до конца декабря 1900 и 1901 гг., 3 января 1918 г. была объявлена демобилизация солдат призыва 1902 г., 10 января - 1903 г., 16 января - 1904-1907 гг., 29 января - 1908-1909 гг., 16 февраля - 1910-1912 гг., 2 марта - 1913-1915 гг. солдаты последних четырех годов призыва (1916-1919 гг.) были демобилизованы до 12 апреля. Такой подход внес некоторую организованность в дело демобилизации и отчасти успокоил солдатские массы. (Темпы сумасшедшие, учитывая численность армии.)

На съезде были разработаны и приняты также важные постановления, связанные с процессом демобилизации и касающиеся военного имущества, оружия и т.д., поскольку на повестке дня стоял вопрос о создании новой армии, которую необходимо было вооружить и обмундировать, а солдаты старой армии требовали раздела военного имущества и сохранения за демобилизуемыми фронтовиками личного оружия.

Солдатским и военно-революционным комитетам постоянно приходилось разрешать конфликты, связанные с разделом военного имущества между демобилизованными солдатами. Об этом постоянно сообщалось в донесениях и сводках сведений о настроении, поступавших в Ставку в декабре-январе.

Так, из одной из частей 5-й армии Северного фронта в январе доносили, что в Двинске из денежного ящика увольнявшиеся от службы солдаты похитили 80 тыс. рублей, а в 302-м пехотном Суражском полку разграбили цейхгауз, забрав имущество на 40 тыс. рублей. В донесении отмечалось, что все демобилизуемые солдаты в категорической форме требовали «нового обмундирования, обуви, раздела экономических сумм или денежных пособий». В конце декабря в 1-й и 2-й пулеметных командах 182-го пехотного Гроховского полка 11-й армии Юго-Западного фронта демобилизуемые солдаты пытались поделить имущество этих подразделений. Инцидент рассматривался на заседании демобилизационной комиссии при полковом ревкоме. В принятой резолюции отмечалось, что «полковой ВРК резко осуждает товарищей пулеметчиков /за/ намерения расточ/ить/ имущество, так как таковое есть общенародное достояние. /Он/ категорически требует от комитетов и командного состава пулеметных команд никаких самочинных действий не допускать».

Весьма острый характер приняла в действующей армии и проблема оружия. Вопрос о том, оставлять ли демобилизуемым солдатам винтовки, приобрел политическую окраску. Солдаты стремились унести их с собой. Здесь следует напомнить, что первый декрет СНК о демобилизации от 10 ноября однозначно давал ответ на этот вопрос: оружие следует сдавать полковым комитетам. Но так как данный декрет касался увольнения солдат только призыва 1899 г., то его не приняли как общую директиву. Солдаты настаивали, чтобы оружие было сохранено за ними, принимая на митингах, фронтовых и армейских съездах соответствующие резолюции, наказы, решения. В наказе своему делегату, избранному в начале декабря на 3-й чрезвычайный съезд солдатских депутатов 3-й армии Западного фронта, солдаты 8-й пехотной дивизии внесли в пункт о демобилизации требование о том, «чтобы увольняемые домой отправлялись с оружием в руках». Аналогичных наказов и резолюций было немало. Зачастую солдатские и военно-революционные комитеты, не желая вступать в конфликт с солдатами, удовлетворяли эти требования. Так, к примеру, поступил в 7-й армии Юго-Западного фронта созданный 16 декабря демобилизационный комитет при ВРК 21-й пехотной дивизии. Проводя увольнение от службы солдат 1900 и 1901 годов призыва, демобилизационный комитет постановил: «Увольнять с оружием тех, у которых таковое имеется на руках». То же сообщалось и в рапорте штаба Кавказской армии, отправленном 22 декабря в штаб Кавказского фронта: в 24-м Кавказском стрелковом полку «по постановлению полкового комитета увольняемые домой и в отпуск уходят с винтовками». (Вот откуда на просторах страны появились вооружённые организованные банды).

Нередки были и случаи самовольного уноса оружия. В докладе, поступившем 16 декабря в Ставку с Юго-Западного фронта, в частности, сообщалось, что стрелки 5-й Донской казачьей дивизии, подлежащей расформированию, «винтовок не возвращают». Командование пыталось предотвратить подобные случаи. Так, выборный главнокомандующий армиями Западного фронта большевик прапорщик А.Ф.Мясников (настоящая фамилия Мясникян) в специальном приказе, изданном в начале декабря, писал: «До моего сведения дошло, что солдаты, увольняемые от службы... при своем отъезде из частей берут с собой для отвоза на родину оружие и снаряжение. Это совершенно недопустимо. Прошу указанное теперь же разъяснить солдатам и ответственность за неисполнение настоящего моего приказания возлагаю на соответствующие комитеты и командный состав». Как воспринимались в войсках подобного рода приказы, можно судить по тому, что редакция опубликовавшей распоряжение А.Ф.Мясникова газеты «Известия ВРК 3-й армии» сочла возможным в том же номере напечатать и подборку наказов солдат, выражавших требование демобилизовать их только с оружием.

13 декабря Верховный главнокомандующий большевик прапорщик Н.В.Крыленко направил в войска телеграмму, в которой объявлялось, что «согласно полученному от народных комиссаров извещению в настоящее время разрабатывается план перехода от постоянной армии к всеобщему вооружению народа, ввиду чего приказываю солдатам, увольняемым от службы, оружия и снаряжения не выдавать».

Общеармейский съезд по демобилизации вопрос об оружии трактовал в близком к приказу Н.В.Крыленко духе. В своем решении, принятом 2 января 1918 г., съезд указал, что «при частичной демобилизации солдаты отпускаются на родину без оружия», при общей же демобилизации, которая будет проведена только после заключения мирного договора с противником, «все оружие равномерно распределяется по территории Российской республики» по указанию ВЦИК Советов и «по его же указанию определяется и способ вооружения народа».

Ясность, внесенная Общеармейским съездом во многие спорные вопросы, позволила местным демобилизационным комиссиям в дальнейшем проводить демобилизацию более организованно и планомерно, да и сам процесс пошел намного быстрее. Если за ноябрь-декабрь были демобилизованы военнослужащие трех возрастов призыва, то за один январь домой были отпущены фронтовики восьми возрастов призыва (с 1902 по 1909 гг.).

Однако и в январе 1918 г. процесс демобилизации не везде проходил гладко. Если на ближних фронтах - Северном, Западном и отчасти Юго-Западном - он шел относительно спокойно, то на дальних - Румынском и Кавказском - дело обстояло иначе. На Румынском фронте работа по демобилизации серьезно осложнялась враждебными действиями Центральной Рады и командования румынских войск, стремившихся завладеть огромным военным имуществом русской армии. (PKKA) Чтобы не допустить вооруженных столкновений с румынскими войсками и украинскими вооруженными формированиями, Верховный главнокомандующий Н.В.Крыленко 8 января отдал приказ о выводе с территории Румынии армий фронта. В нем предписывалось «немедленно приступить к организации планомерного отхода частей с территории Румынии».

Такие вынужденные действия, естественно, вносили коррективы в процесс демобилизации. Местным большевизированным солдатским комитетам приходилось в сжатые сроки решать эти проблемы. В целом солдатские организации частей и соединений Румынского фронта, преодолевая огромные трудности, смогли организовать планомерный отход значительной части войск и вывоз военного имущества с территории Румынии в тыл - районы Тирасполя, Луганска и другие, где в марте - начале апреля и была завершена демобилизация.

На Кавказском фронте демобилизация войск также проходила в условиях отхода в тыловой район.
В приказе ВРК Кавказской армии от 31 декабря 1917 г. предписывалось всем военно-революционным комитетам частей и соединений фронта «немедленно приступить к планомерному отводу значительной части войск, оставив необходимые позиционные заслоны по охране для складов, средств связи и транспорта». В изданном в тот же день другом приказе армейского ВРК солдатам разъяснялось, что «оружие может быть оставлено в руках эшелонов, уходящих в полном порядке с фронта, или команд, увольняемых со службы, и отпускных, идущих организованно под командой. У солдат, уходящих с фронта самовольно, одиночным порядком, оружие должно отбираться на одной из узловых станций Закавказской железной дороги». Такие меры принимались для того, чтобы оружие и другое военное имущество было сохранено и доставлено в пункты расформирования воинских частей, а также не стало добычей местных вооруженных формирований, созданных Закавказским комиссариатом. Как и на других фронтах, на Кавказском были почти повсеместно созданы демобилизационные комиссии. Начало их созданию положил приказ ВРК Кавказской армии № 6 от 2 января 1918 г., опубликованный 14 января в «Известиях Бакинского Совета». 7 марта ВРК Кавказской армии опубликовал постановление о завершении демобилизации на Кавказском фронте, в котором говорилось: «Всем уволенным солдатам военно-революционные комитеты должны оказать содействие охраной и сопровождением бронированными поездами при передвижении безоружных эшелонов».

По подсчетам исследователя Е.Н.Городецкого, около половины действующей армии было демобилизовано еще до заключения Брестского мира. Темп демобилизации с начала января все время нарастал и достиг пика к середине февраля.

Одновременно с демобилизацией Совнарком предпринимал усилия по созданию новой армии. 15 января 1918 (1968)  г. В.И.Ленин подписал декрет о создании Красной Армии. Однако в действующей армии организованная большевизированными солдатскими комитетами и ревкомами кампания по записи добровольцев в новые вооруженные силы не принесла ощутимых результатов. Так, по подсчетам исследователя П.А.Голуба, фронт дал к весне 1918 г. только около 70 тысяч добровольцев, что равнялось приблизительно одному проценту (как известно, осенью 1917 г. в действующей армии находилось около 7 млн. человек).

Продолжались и мирные переговоры советской делегации с представителями стран германского блока (DEUTCHLAND-ALEMANNIA), начатые в декабре в Брест-Литовске. К концу января германская сторона (DEUTCHLAND-ALEMANNIA) стала вести переговоры в ультимативном тоне, хотя ультиматума не предъявляла. Однако глава советской делегации Л.Д.Троцкий 28 января, как известно, выступил с декларацией о том,
что Советская Россия войну прекращает, армию демобилизует, а мира не подписывает. В тот же день он, без согласования с Совнаркомом послал телеграмму главковерху Н.В.Крыленко, в которой потребовал немедленно издать приказ по действующей армии о прекращении состояния войны с державами германского блока и о демобилизации русской армии. Н.В.Крыленко также без согласования с СНК рано утром 29 января издал и отправил на все фронты приказ о прекращении военных действий и о демобилизации армии. Содержание телеграммы стало известно солдатам. Узнав об этом распоряжении, В.И.Ленин предписал Ставке немедленно отменить его.

Германская сторона (DEUTCHLAND-ALEMANNIA) заявила, что неподписание Россией( большевиками Коминтерна) мирного договора автоматически влечет за собой прекращение перемирия. После этого заявления советская делегация покинула Брест-Литовск. 16 февраля глава германской делегации генерал-майор М.Гофман уведомил советского представителя А.А.Самойло, оставшегося в Брест-Литовске,
что 18 февраля в 12 часов дня Германия (DEUTCHLAND-ALEMANNIA)  начнет наступление на Восточном фронте.

Возобновление 18 февраля 1918 г. германской стороной (DEUTCHLAND-ALEMANNIA)  после долгого перерыва боевых действий ускорило развал действующей армии и стало причиной окончательной потери ею боеспособности. Только этим можно объяснить, почему немцы (DEUTCHLAND-ALEMANNIA) с легкостью захватили значительные территории страны и большое количество военного имущества. Застигнутые врасплох в местах дислокации войска Северного и Западного фронтов (армии других фронтов, как уже отмечалось, были к тому времени в основном отведены в тыл), понесли серьезный урон. Большое количество штабов, учреждений и частей попало в плен. Особенно сильно пострадали армии Западного фронта, где, как известно, в плен попал даже штаб фронта, расположенный в Минске. Неразбериха, царившая в управлении войсками, не позволила оперативно реагировать на неблагоприятное развитие событий, а потеря штабов, особенно фронтового, еще более усилила дезорганизацию. Нарушилась связь с частями и соединениями Западного фронта. На Северном фронте были оставлены Двинск,
где находился штаб 5-й армии, и другие города. В эти дни В.И.Ленин признал, что большевики «смотрели сквозь пальцы на гигантское разложение быстро демобилизующейся армии, уходящей с фронта». Он получал «мучительно-позорные сообщения об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже нарвскую линию, о неисполнении приказа уничтожать все и вся при отступлении; не говорим уже о бегстве, хаосе, безрукости, беспомощности, разгильдяйстве». В такой обстановке в ночь на 24 февраля ВЦИК Советов и Совнарком приняли германские условия и немедленно сообщили об этом правительству Германии (DEUTCHLAND-ALEMANNIA) . Противник приостановил наступление.

После прекращения наступления (DEUTCHLAND-ALEMANNIA)  германских войск планомерная демобилизация действующей армии была продолжена. Уже 2 марта, то есть за день до подписания Брестского мира, приказом Комиссариата по военным делам была объявлена одновременная демобилизация следующих призывных годов - с 1913 до 1915 гг. включительно. Солдаты последних годов призыва демобилизовывались в середине марта - первой половине апреля в тыловых районах страны.

После заключения Брестского мира на фронте остались лишь небольшие отряды завесы. Она как известно, была создана Высшим военным советом для обороны демаркационной линии, установленной по условиям Брестского мира. 9 марта постановлением СНК Н.В.Крыленко был освобожден от обязанностей главковерха.

16 марта 1918(1968) специальным приказом врио начальника штаба Верховного главнокомандующего прекратила свою деятельность Ставка, а 27 марта последовал приказ Наркмовоена о расформировании и ликвидации штабов, управлений и солдатских комитетов.

На этом русская армия (армия боевых клонов РККА) прекратила свое существование.

Закономерен вопрос, за счет чего все же удалось растянуть во времени процесс демобилизации и предотвратить обвальный стихийный уход с фронта многомиллионных солдатских масс? Это объясняется многими причинами. Одна из них кроется в политических настроениях и психологии солдат-фронтовиков. Большинство их, как известно, приняло Советскую власть как свою и доверяло ей, что подтверждает, например, знакомство с опубликованными и хранящимися в архивах письмами воинов домой, в центральные и местные органы Советской власти. Кроме того, часть крестьян, одетых в солдатские шинели, составлявших большую часть рядового состава, не решалась самовольно покинуть фронт из-за опасения лишиться каких-либо привилегий и льгот при разделе земли, на которые они рассчитывали. Наконец, надо признать и роль многих солдатских и военно-революционных комитетов, терпеливо разъяснявших однополчанам пагубность дезертирства.

(Безродным неимущим боевым клонам РККА было некуда идти и не на что жить, большевики Коминтерна являются военными преступниками, так как они создали миллионы боевых человекоподобных машин-убийц, которые были демобилизованы или дезертировали с оружием.Мирное трофейное население фактически оказалось один на один с многомиллионной бандой заточенных на убийства клонов.) Первое Советское правительство прекрасно знало, что этих клонов-убийц ни в коем случае не следовало отпускать на волю, они подлежали уничтожению, но так как они держали трофейное население страны в страхе и покорности, убивать их не стали. Этим вскоре займётся НКВД)

К сказанному следует добавить, что ряды действующей армии сокращались и за счет экстренных мер военно-политического характера.
Начиная с первых послеоктябрьских дней, с фронта то и дело снимались по приказу Советского правительства отдельные части и соединения для ликвидации очагов начавшихся в стране мятежей. Как правило, после выполнения таких заданий войска обратно на фронт не возвращались. Далее, уже в январе 1918 г. из солдат-фронтовиков ревкомы стали создавать первые части Красной Армии, которые отправлялись на фронты разгоравшейся Гражданской войны. Кроме того, создавались национальные вооруженные формирования. Особенно большой размах приняла так называемая украинизация частей и соединений на Юго-Западном и Румынском фронтах. Украинизированные части по приказу Центральной Рады также снимались с фронта и назад не возвращались. Аналогичный процесс разворачивался и на Кавказском фронте.

Наконец, под разными предлогами с фронта уходила значительная часть офицерского корпуса, лишившаяся своих должностей в результате перевыборов командного состава. Офицеры отправлялись как домой, так и на фронты начавшейся Гражданской войны.

Экономические, социально-политические и военно-стратегическиепоследствия демобилизациирусской армии во время Первой мировой войны настолько разнообразны и противоречивы, что заслуживают отдельного рассмотрения. Однако целесообразно хотя бы кратко сказать о некоторых проблемах и связанных с ними исторических уроках, представляющих известный интерес и с точки зрения возможностей оптимизации современного процесса сокращения численности личного состава Вооруженных сил в рамках проводимой военной реформы.

Прежде всего является бесспорным тот факт, что мобилизация, в силу сложившихся обстоятельств проводившаяся Советским правительством в очень быстром темпе, а главное – без предварительной выработки четкого плана и развернутой поэтапной программы, обернулась огромными издержками материального, морального и гуманитарного характера. Чрезмерное преувеличение роли «революционного творчества солдатских масс» в демобилизационном процессе, очевидно неизбежное в условиях недостатка опыта и управленческой грамотности многих председателей ревкомов и советских комиссаров в действующей армии, в корне подрывало воинскую дисциплину, способствовало возникновению у части фронтовиков настроений вседозволенности, нежелания подчиняться кому-либо, толкало армию на грань хаоса и анархии. Недостаток компетентности в военных вопросах у некоторой части представителей Советской власти в действующей армии в сочетании с подозрительным отношением к генералам и офицерам, в частности нежеланием прислушиваться к их рекомендациям и советам, серьезнейшим образом мешал оптимизировать проводившиеся мероприятия. Среди председателей ревкомов поначалу наблюдалась некая эйфория по поводу возможности решить все проблемы, связанные с демобилизацией, росчерком пера или выступлением на солдатском митинге.

Не подлежит сомнению, что важнейшие структуры военного управления того времени – Главный штаб, Военное министерство, Ставка Верховного главнокомандующего – по разным причинам временами оказывались вообще отстраненными от процесса демобилизации. Некоторые военные специалисты высшего звена сами придерживались пассивно-созерцательной позиции, поскольку с недоверием или враждебно относились к Советской власти и даже пытались саботировать реализацию намеченного. Это порой создавало в важнейших органах военного управления атмосферу, в которой деловое сотрудничество в демобилизационных и других делах было невозможным.

Наконец, сама Гражданская война показала, сколь велика для судеб страны важность продуманного решения проблемы социальной защиты демобилизованных солдат и офицеров и их адаптации к мирной жизни. Разумеется, в условиях разрухи, сильнейшего экономического кризиса и острой политической борьбы говорить о каких-то социальных гарантиях возвращавшихся домой фронтовиков было бы лицемерием (хотя декрет о земле как раз и можно рассматривать в качестве важнейшего политического и социально-экономического обязательства Советского правительства). Тем не менее совершенно очевидно, что значительная часть фронтовиков, брошенных практически на произвол судьбы и долгое время считавших винтовку чуть ли не единственным средством к существованию, как раз и явились тем «горючим материалом», который питал полыхавший по всей стране факел Гражданской войны. Достаточно вспомнить махновщину на Украине и антоновщину в Тамбовской губернии.

Почти все " фронтовики"-боевые клоны РККА, брошенные практически на произвол судьбы и долгое время считавшие винтовку чуть ли не единственным средством к существованию, как раз и явились тем «горючим материалом», который питал полыхавший по всей стране факел организованной этнической преступности, жертвами которой стало в той или иной мере ВСЁ население страны. Нищие, ограбленные до последней нитки большевиками Коминтерна после национализации частной собственности люди вынуждены были терпеть криминальных беспредел, которых продолжается до сих пор, и корни его там, в Октябрьском перевороте, который произошёл совсем недавно, в 1917(1967) году.


И все же встает вопрос: можно ли было избежать полной демобилизации и сократить армию пусть даже в несколько раз, избавившись от «шкурных» и контрреволюционных элементов, оставив в ней преданных Советской власти бойцов и командиров? К тому же на выборах в Учредительное собрание, состоявшихся в действующей армии в ноябре 1917 г., за большевиков проголосовало около 40% фронтовиков, и на эту революционную часть солдатской массы могло бы рассчитывать Советское правительство. Да, это было возможным, и так думали в то время многие большевики, в том числе В.И. Ленин. Однако после возобновления германской стороной (DEUTSCHLAND-ALEMANNIA) военных действий в феврале 1918 г., показавших полную неспособность старой армии даже к обороне, отбросив иллюзии относительно революционности действующей армии, он сделал вывод: всякие попытки ее сохранить не только бесполезны, но опасны. «Крестьянская армия, - писал В.И. Ленин, - невыносимо истомленная войной, после первых же поражений – вероятно, даже через не месяцы, а через недели – свергнет социалистическое рабочее правительство».

Красная Армия (РККА), преступный мир и интеллигенция-опора советской оккупационной комендатуры.
Красная Армия (РККА-рабоче-крестьянская армия) по факту не была ни рабочей, ни крестьянской.
Она была сформирована из искусственно клонированных зверолюдей "шариковых" и выходцев из преступного мира для совершения бандитского Октябрьского переворота, захвата и удержания власти на территории бывшей Российской Империи, уничтожения и устрашения трофейного населения. Советская власть была установлена с помощью Красной Армии (РККА) методами жестокого кровавого насилия. Чтобы скрыть правду о том, что РККА не является на самом деле рабоче-крестьянской и советская власть установлена незаконно, понадобилась помощь интеллигенции, которая объединилась в союзы советских писателей, художников, кинематографистов для создания информационной завесы, искажающей сознание советских людей и маскирующей мутуализм государственной власти и преступности.

Кроме того, интеллигенция в СССР выполняла надзорные функции на всех предприятиях и учебных учреждениях, выявляя противников советской власти и жестоко расправлялась с ними. 1-ый и 2-ой отделы на всех предприятиях и учебных заведениях СССР были укомплектованы бывшими начальниками ГУЛАГа, которые после его расформирования в 1960 г. (1980) выполняли полностью идентичные функции на "воле", превратив эту "волю" в дубликат ГУЛАГа.
Изрыгающая ложь и выполняющая обязанности тюремщика советских людей интеллигенция, блатной мир и Красная Армия (РККА) были опорой советской оккупационной комендатуры-совка, без которых она не могла существовать.

Чтобы ликвидировать организованную преступность, потребовались огромные целенаправленные усилия НКВД, колоссальные средства и ресурсы.
Как был обезглавлен воровской мир? Предлагаю Вашему вниманию великолапный иллюстрационный ролик:


Как в СССР ломали Воров в Законе

Наро́дный комиссариа́т вну́тренних дел РСФСР (НКВД РСФСР) — центральный орган государственного управления РСФСР по борьбе с преступностью и поддержанию общественного порядка в 1917—1930 (1967-80) годах и в 1937—1946 (1967-70) годах. В период своего существования НКВД РСФСР выполнял государственные функции, связанные с охраной правопорядка и государственной безопасности, а также в сфере коммунального хозяйства и экономики молодого советского государства.(Народный комиссариат внутренних дел РСФСР-Wikipedia).

Наркомат внутренних дел РСФСР входил в число первых наркоматов, образованных в соответствии с декретом «Об учреждении Совета Народных Комиссаров», принятым 2-м Всероссийским съездом Советов 26 октября (8 ноября) 1917 (1967)года. Наркомом внутренних дел был назначен А. И. Рыков.

28 октября (10 ноября) 1917 г. (1967) НКВД РСФСР принял постановление «О рабочей милиции», который стал юридической основой для создания милиции.

Основными направлениями деятельности комиссариата в первые годы Советской власти стали:

Организация, подбор кадров и контроль за деятельностью местных Советов;
Контроль за исполнением распоряжений центральной власти на местах;
Охрана «революционного порядка» и обеспечение безопасности граждан;
Общее руководство профессиональной и финансово-хозяйственной деятельностью органов милиции, исполнения наказаний, противопожарной охраны
Руководство коммунальным хозяйством.



Таким образом, после Октябрьского переворота 1917(1967) и наглого ограбления народа большевиками Коминтерна в ходе так называемой национализации,  в кратчайшие сроки была демонтирована ударная сила большевиков Коминтерна-РККА, реальной властью в РСФСР стал НКВД, который располагал необходимыми финансами и ресурсами для борьбы с ней. НКВД стал хозяином страны и защитником трофейного населения от произвола большевиков Коминтерна и их помёта-клонов РККА, демобилизованных или дезертировавших вместе с боевым оружием. Большевики Коминтерна-это военные преступники, которые сознательно бросили многомиллионную свору боевых клонов-машин убийц РККА на мирное население.
НКВД предстояла долгая и трудная борьба, направленная на ликвидацию преступного мира, сформированного из бывшей РККА. В этом и состояла суть 2-ой Мировой войны и Великой Отечественной войн на территории СССР.


Читать по теме:

Что такое денежная реформа в СССР 1947(1967) года?
https://cat-779.livejournal.com/556165.html

Гражданская война в СССР в мирное время-трофейное население против бандитов.
https://cat-779.livejournal.com/531190.html

Из гопников в партийцы, из партийцев-в главари банды. КПСС-организатор бандитизма в СССР.
https://cat-779.livejournal.com/513451.html

Опустить всех вождей. Ликвидация "паханов" уголовного мира в кратчайшие сроки.
https://cat-779.livejournal.com/505193.html

Красная Армия (РККА) не была армией рабочих и крестьян. РККА-армия боевых клонов.
https://cat-779.livejournal.com/264604.html

РККА воевала немецким оружием против немцев ? Нет, боевые клоны РККА и были теми самыми немцами.
https://cat-779.livejournal.com/444383.html

Красная Армия (РККА), преступный мир и интеллигенция-опора советской оккупационной комендатуры.
http://cat-779.livejournal.com/263698.html

Источники:
§ 5. Уровень, структура и динамика преступности в СССР и в России
http://www.xres.ru/viewpage.php?page_id=22

Крестьянская армия после первых поражений в ноябре 1917 – марте 1918 г.
http://mir-politika.ru/1607--restyanskaya-armiya-posle-pervyh-porazheniy-v-noyabre-1917-marte-1918-g.html

Tags: НКВД, РККА, РСФСР, СССР, клоны, преступность
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments